Курская битва

   Сражение под Прохоровкой

   12 июля в районе Прохоровки произошел крупнейший в истории встречный танковый бой. С немецкой стороны в нем участвовала «1-я дивизия СС «Лейбштандарте-СС Адольф Гитлер» имевшая около 200 танков,. в том числе 13 "Тигров" и ни одной "Пантеры". С советской стороны в сражении участвовала 5-я танковая армия П. Ротмистрова, насчитывашая около 800 танков. После нанесения массированного авиаудара сражение с обеих сторон перешло в активную его фазу и продолжалось до конца дня. К исходу 12 июля сражение завершилось с неясными результатами, чтобы возобновиться днем 13 и 14 июля. После сражения немецкие войска не смогли продвинуться вперед сколько-нибудь значительно, несмотря на то, что потери советской танковой армии, вызванные тактическими ошибками ее командования, были намного больше. Продвинувшись за 5-12 июля на 35 километров, войска Манштейна вынуждены были, протоптавшись на достигнутых рубежах три дня в тщетных попытках взломать советскую оборону, начать отвод войск с захваченного "плацдарма". В ходе сражения наступил перелом. Перешедшие 23 июля в наступление советские войска отбросили немецкие армии на юге Курской дуги на исходные позиции.


    Сражение под Прохоровкой — встречный танковый бой между частями германской и советской армий в ходе Курской битвы — одной из крупнейших битв Второй мировой войны. Произошло 12 июля 1943 года в районе станции Прохоровка на территории совхоза Октябрьский (Белгородская область РСФСР). Считается крупнейшим в человеческой истории танковым сражением. Ни одной из сторон не удалось достичь целей поставленных на 12 июля, немцам не удалось захватить Прохоровку прорвать оборону советских войск и выйти на оперативный простор, советским войскам не удалось окружить группировку противника. Непосредственное командование войсками во время сражения осуществляли генерал-лейтенант танковых войск Павел Ротмистров и обергруппенфюрер СС Пауль Хауссер.

Генералы Ротмистров и Жадов под Прохоровкой
Генералы Ротмистров и
Жадов под Прохоровкой
Командующий 2-м танковым корпусом СС Пауль Хауссер
Командующий 2-м танковым корпусом
СС Пауль Хауссер
 

Обстановка накануне сражения

   Изначально основной удар немцев на южном фасе Курской дуги направлялся западнее — по операционной линии Яковлево — Обоянь. 5 июля, в соответствии с планом наступления, немецкие войска в составе 4-й таковой армии (48-й танковый корпус и 2-й танковый корпус СС) и Армейской группы «Кемпф» перешли в наступление против войск Воронежского фронта, на позиции 6-й и 7-й гвардейских армий в первый день операции немцы направили пять пехотных, восемь танковых и одну моторизованную дивизии. 6 июля по наступающим немцам были нанесены два контрудара со стороны железной дороги Курск—Белгород 2-м гвардейским танковым корпусом и из района Лучки (сев.)—Калинин силами 5-го гвардейского танкового корпуса. Оба контрудара были отражены силами немецкого 2-го танкового корпуса СС.

   Для оказания помощи 1-й танковой армии Катукова, ведущей тяжёлые бои на Обояньском направлении, советское командование подготовило второй контрудар. В 23 часа 7 июля командующий фронтом Николай Ватутин подписал директиву № 0014/оп о готовности к переходу к активным действиям с 10:30 8 числа. Однако контрудар, наносившийся силами 2-го и 5-го гвардейских танковых корпусов, а также 2-го и 10-го танковых корпусов, хоть и ослабил давление на бригады 1-й ТА, однако ощутимых результатов не принёс.

   Не достигнув решающего успеха — к этому моменту глубина продвижения наступающих войск в хорошо подготовленной советской обороне на Обояньском направлении составила лишь около 35 километров — германское командование вечером 9 июля приняло решение, не прекращая наступление на Обоянь, сместить острие главного удара в направлении Прохоровки и выйти к Курску через излучину реки Псёл.

    К 11 июля немцы заняли исходные позиции для захвата Прохоровки. К этому времени на позициях к северо-востоку от станции сосредоточилась советская 5 гвардейская танковая армия, которая, находясь в резерве, 6 июля получила приказ совершить 300-километровый марш и занять оборону на рубеже Прохоровка — Веселая. Из этого района планировалось нанести контрудар силами 5-й гвардейской танковой армии, 5-й гвардейской армии, а также 1-й танковой, 6-й и 7-й гвардейских армий. Однако в реальности в атаку смогли перейти только 5-я гвардейская танковая и 5-я гвардейская общевойсковая, а также два отдельных танковых корпуса (2-й и 2-й гвардейский), остальные вели оборонительные бои против наступающих германских частей. Против фронта советского наступления оказались «1-я дивизия СС «Лейбштандарте-СС Адольф Гитлер»», «2-я танковая дивизия СС «Дас Рейх»» и «3-я танковая дивизия СС «Тотенкопф»».

   Нужно отметить, что к этому времени немецкое наступление на северном фасе Курской дуги уже стало иссякать — с 10 июля наступающие части стали переходить к обороне.

Вспоминает генерал-майор Михаил Овсянников:

«Когда сражение за Поныри было проиграно немцами, то тут наступил коренной перелом во всей Курской битве. И вот для того, чтобы боевую ситуацию как-то повернуть по-другому, в свою пользу, немцы и ввели танковые войска под Прохоровкой».


Советские танки Т-34

Бронетехника 4 ТА. Курская дуга.

Силы сторон

   Традиционно, советские источники указывают, что в сражении участвовало около 1500 танков: порядка 800 — с советской и 700 — с германской стороны (напр. БСЭ). В некоторых случаях указывается несколько меньшая цифра — 1200.

   Многие современные исследователи считают, что, вероятно, введенные в бой силы были значительно меньше. В частности указывается, что сражение происходило на узком участке (шириной 8-10 км), который был ограничен с одной стороны рекой Псёл, а с другой — железнодорожной насыпью. Ввести настолько значительные массы танков на такой участок затруднительно.

«Лейбштандарте-СС Адольф Гитлер» — 67 танков включая 4 Pz.Kpfw.VI «Тигр», 7 командирских танков, и 4 устаревших Pz II, а также 10 штурмовых орудий («Штурмгешутц») и 20 легко бронированных САУ «Мардер»

«Дас Рейх» — 68 танков, включая командирские, 1 «Тигр» и 8 трофейных T-34, 27 «Штурмгешутцев» и 12 «Мардеров».

Дивизия «Тотенкопф», согласно этому источнику, в сражении участия не принимала. Тем не менее, приводятся силы, включенные в ее состав.: 101 танк, включая 10 Тигров и 7 командирских машин, 21 «Штурмгешутц» и 11 «Мардеров».

Таким образом, немцы располагали в общей сложности около 200 танков.

   Между тем, согласно данным Г. А. Олейникова только 2-й танковый корпус СС по состоянию на 10 июля (за 2 дня до сражения) насчитывал 671 машину, в том числе 111 T-III и T-IV, 383 Pz.Kpfw.V «Пантер», T-VI «Тигр», 104 штурмовые орудия и 31 тяжелое штурмовое орудие. Достоверность этих данных вызывает, однако, некоторые сомнения: по немецким данным лишь 204 танка «Пантера» было сосредоточено на Курской дуге на 5 июля 1943 г., из них половина 2-му танковому корпусу СС не передавалась (Мюллер-Гиллебранд Б. Сухопутная армия Германии 1933—1945. М., 2003. ISBN 5-94661-041-4. С. 665).

Немецкие «тигры» возглавляли атаку на Прохоровку. Более 500 немецких бронеединиц были направлены на восточный фланг Курского выступа.
Немецкие «тигры» возглавляли атаку на Прохоровку.
Более 500 немецких бронеединиц были направлены на восточный фланг Курского выступа.

   «Пантеры» были только в 48-ом танковом корпусе который наступал левее 2-го танкового корпуса СС. Упоминания же участников боя о виденных ими "пантерах" следует, вероятно, обьяснить заметным сходством спереди силуэтов Т-34/75 и Pz.Kpfw.V. В составе корпуса была рота трофейных (захваченных при взятии Харькова) "тридцатьчетвёрок".

Советская группировка включала в себя следующие силы:

5-я гвардейская танковая армия в составе:

- 18-й танковый корпус (18 ТК)
- 29-й танковый корпус (29 ТК)
- 5-й гвардейский механизированный корпус (5 гв. МК)

Армия была усилена 2-м гвардейским Тацинским танковым корпусом (2 гв. ТТК) и 2-м танковым корпусом (2 ТК).

Г. А. Олейников по состоянию на 10 июля насчитывает в составе 5 гв. армии 850 танков — 260 Т-70, 501 Т-34, 31 Mk IV «Черчилль», 57 САУ-152.

Оценка силы сторон очень сильно зависит от географических рамок сражения. В районе совхоза Октябрьский наступали 18 и 29 танковые корпуса — всего 348 танков.

Ход сражения

   Первое столкновение в районе Прохоровки произошло вечером 11 июля. По воспоминаниям Павла Ротмистрова, в 17 часов он вместе с маршалом Василевским во время рекогносцировки обнаружил колонну вражеских танков, которые двигались к станции. Атака была остановлена силами двух танковых бригад.

   В 8 утра советская сторона провела артподготовку и в 8:15 перешла в наступление. Первый атакующий эшелон насчитывал четыре танковых корпуса: 18, 29, 2 и 2 гвардейский. Второй эшелон составлял 5 гвардейский мехкорпус.

В начале сражения советские танкисты получили существенное преимущество: восходящее солнце слепило наступавших с запада немцев.

   Очень скоро боевые порядки смешались. Высокая плотность боя, в ходе которого танки сражались на коротких дистанциях, лишила немцев преимущества более мощных и дальнобойных пушек. Советские танкисты получили возможность прицельно бить в наиболее уязвимые места тяжело бронированных немецких машин.

   Один из участников этого сражения, Герой Советского Союза, Евгений Шкурдалов вспоминал позднее:

«Боевые порядки перемешались. От прямого попадания снарядов танки взрывались на полному ходу. Срывало башни, летели в стороны гусеницы. Отдельных выстрелов слышно не было. Стоял сплошной грохот. Были мгновения, когда в дыму свои и немецкие танки мы различали только по силуэтам. Из горящих машин выскакивали танкисты и катались по земле, пытаясь сбить пламя».

   Южнее основного сражения наступала немецкая танковая группа «Кемпф», которая стремилась зайти наступающей советской группировке в левый фланг. Угроза охвата заставила советское командование отвлечь на это направление часть своих резервов.

   Около 13 часов немцы вывели из резерва 11 танковую дивизию, которая совместно с дивизией «Мертвая голова» нанесла удар по советскому правому флангу, на котором находились силы 5 гвардейской армии. Им на подмогу были брошены две бригады 5 гвардейского мехкорпуса и атака была отбита.

   К 14 часам советские танковые армии стали теснить противника в западном направлении. К вечеру советские танкисты смогли продвинуться на 10-12 километров, оставив, таким образом, поле сражения у себя в тылу. Сражение было выиграно.

Существует и другая версия этого сражения.

   На основании воспоминаний германских генералов (Гудериан, Мелентин и др.) в бою приняло участие около 700 (часть, вероятно, отстала на марше — «на бумаге» армия имела более тысячи машин) советских танков, из которых было подбито около 270 (имеется ввиду только бой 12 июля). Авиация участия в бою не принимала, с немецкой стороны не летали даже разведчики. Столкновение танковых масс было неожиданным для обеих сторон, так как обе танковые группировки решали свои наступательные задачи и не предполагали встретить серьезного противника. По воспоминаниям Ротмистрова его армия должна была прорвать фронт и двигаться на Харьков (косвенно это подтверждается качественым составом армии, наполовину состоящей из легких машин и почти не имеющей тяжелых) обходя германское танковое скопление, находящееся, по даным разведки, в 70 км от Прохоровки и «успешно атакуемое» в тот момент штурмовой авиацией. Группировки двигались навстречу друг другу не «в лоб» а под заметным углом. Немцы первыми заметили советские танки и успели перестроиться и приготовиться к бою. Легкие и большая часть средних машин атаковали с фланга и заставили обратить на себя все внимание танкистов Ротмистрова, принявшихся на ходу менять направление атаки. Это вызвало неизбежную сумятицу и позволило роте «тигров» при поддержке самоходок и части средних танков неожиданно атаковать с другой стороны. Советские танки оказались под перекрестным огнем, причем откуда ведется вторая атака видели лишь немногие. Танковая свалка имела место лишь на направлении первого удара немцев, «тигры» вели огонь без помех, как в тире (отдельные экипажи заявили до 30 побед). Это был не бой а избиение. Тем не менее советские танкисты сумели вывести из строя четверть германских танков! Корпус вынужден был остановиться на двое суток. К тому времени начались контрудары советских войск по флангам немецких ударных группировок и дальнейшее наступление корпуса становилось безперспективным. Тактическое поражение в конечном итоге стало победой.

Итоги

   Немецкое наступление закончилось неудачей и больше таких масштабных атак немцы под Курском не предпринимали. Поскольку поле сражения под Прохоровкой осталось за советской стороной, она получила возможность быстро возвратить в строй покинутые экипажами и легко поврежденные танки. Немецкие потери оказались безвозвратны.

   Командующий немецкой группировкой Пауль Хауссер был снят с должности и отозван с фронта.

   Советские армии продолжали наступление против ослабленного противника и в результате закончили Курскую битву полной победой.

   По немецким же даным поле боя осталось за ними и они смогли эвакуировать 49 машин из общего числа в 59 подбитых. Пять танков отремонтировали непосредственно на поле, еще пять бросили как неремонтопригодные. Помимо своих машин немцы «стащили» и несколько советских. После Прохоровки в составе корпуса было уже 12 «тридцатьчетвёрок». Потери советских танкистов составили не менее 270 машин (из них только два танка — тяжелые), а так как все они были подорваны немецкими саперами, то соотношение безвозвратных потерь просто чудовищно : 5 к 270. Тем не менее, выведя из стоя четверть танков противника (а учитывая качественное соотношение сил сторон и неожиданность удара это было чрезвычайно непросто), советские танкисты вынудили его остановиться и, в конечном итоге, отказаться от наступления.

Потери

   Оценки боевых потерь в разных источников сильно различаются. Английская «Википедия» утверждает, что потери германской группировки составили от 3 до 80 танков, советской — 200—400. Генерал Ротмистров утверждает, что за день из строя было выведено с обеих сторон около 700 танков. Официальная советская «История Великой Отечественной войны» приводит сведения о 350 подбитых немецких машинах. Г. Олейников критикует эту цифру, по его подсчетам в сражении не могло принимать участие больше 300 немецких танков. Советские потери он оценивает в 170—180 машин. Согласно докладу, который представил по итогам сражения Сталину представитель Ставки А. М. Василевский, «в течение двух дней боев 29-й танковый корпус Ротмистрова потерял безвозвратными и временно вышедшими из строя 60 % и 18-й корпус — до 30 % танков». К этому нужно добавить значительные потери пехоты. В ходе боев 11-12 июля наибольшие потери понесли 95-я и 9-я гвардейские дивизии 5-й гвардейской армии. Первая потеряла 3334 человека, в том числе убитыми почти 1000 и пропавшими без вести 526 человек! 9 гв. вдд потеряла 2525, убитыми — 387 и пропавшими без вести — 489.

« По данным военного архива ФРГ, 2 тк СС с 10 по 16 июля потерял 4 178 человек (примерно 16% боевого состава), в том числе убитыми - 755, ранеными - 3 351 и пропавшими без вести - 68. В бою 12 июля он потерял: убитыми - 149 человек, ранеными - 660, пропавшими без вести - 33, всего - 842 солдата и офицера. 3 тк с 5 по 20 июля потерял - 8 489 человек, из них на подступах к Прохоровке с 12 по 16 июля - примерно 2 790 человек. Исходя из приведенных данных, оба корпуса (шесть танковых и две пехотных дивизии) с 10 по 16 июля в боях под Прохоровкой потеряли порядка 7 тыс. солдат и офицеров. Соотношение по потерям в людях порядка 6:1 в пользу противника. Удручающие цифры. Особенно если учесть, что наши войска оборонялись, обладая превосходством в силах и средствах над наступающим противником. К сожалению, факты говорят о том, что к июлю 1943 года наши войска еще не в полной мере овладели наукой побеждать малой кровью (Лопуховский). »

   Можно констатировать, что точные, мотивированные цифры потерь до сих пор не опубликованы.

Памятник сражению под Прохоровкой
Памятник сражению под Прохоровкой

   Примечательно, что не существует ни одного кадра кинохроники и фотоснимка, сделанного в ходе сражения под Прохоровкой или сразу после него на этом поле. Это связано с тем, что все фото- и кинокорреспонденты были допущены только на северный фас Курской дуги. А массовый советский читатель о сражении под Прохоровкой узнал только в 1953 году, после выхода в свет книги «Курская битва» И.Маркина, (Военное изд-во, 1953 г.)